Как объяснить людям почему я теперь не пью

Многие из нас без колебаний отвечают: «Я теперь не пью». Спрашивающих обычно удовлетворяют и такие ответы, как: «Я сегодня не пью (или на этой неделе)» или просто: «Нет, спасибо» или прямое: «Меня выпивка больше не интересует». Если мы чувствуем необходимость дополнительных разъяснений, то стараемся при этом не врать и отвечать таким образом, чтобы другие смогли легко понять и принять сказанное. Например, существуют старые проверенные шаблоны типа: «Не позволяет здоровье», «Я на диете» и «По предписанию врача». Многим из нас в свое время давались такие советы, или мы читали, что их дают врачи. Правдивыми будут н такие ответы: «Я свое выпил», «Выпил столько — сколько смог» и «Тут выяснилось, что алкоголь со мной больше не дружит». В А.А. не пользуются выражением типа «завязал», но большинство людей его отлично понимает и уважает, если мы не убеждаем их бросить пить. Хотя мы, конечно, не можем советовать говорить неправду, просто из-за того неприятного чувства, которое мы ощущаем впоследствии, но иногда некоторые из нас в отчаянии прибегали к так называемой «лжи во спасение» — одной из тех маленьких неправд, которые считаются безобидными и временами даже именуются чем-то вроде смазки, необходимой для сглаживания общественных отношений. Когда мы вынуждены прибегнуть к выдуманным оправданиям своего воздержания, то стараемся пользоваться теми из них, которые выглядят достаточно естественно. Объяснения типа: «У меня странная болезнь» или «Мне дают одно лекарство» могут, конечно, вынудить кое-кого и прекратить расспросы, но в большинстве случаев потребуется дать дальнейшие пояснения. Обычно приемлемым оказывается: «У меня к спиртному аллергия». Формально, в строго научном смысле слова, как утверждают ныне специалисты, алкоголизм нельзя назвать аллергией. Однако слово «аллергия» — довольно удобный словесный термин, чтобы описать наше состояние; если мы пьем алкоголь, то это неизменно вызывает нежеланные последствия. Когда мы предлагаем такое объяснение, то оно обычно производит требуемый эффект. А именно — собеседник признает тот факт, что мы не собираемся пить, и перестает спрашивать нас об этом. Когда у нас спрашивают, что нам хотелось бы выпить, то разумно и вежливо будет попросить что-нибудь безалкогольное и принять то, что принесут, даже если это и не ваш любимый напиток. Большинство из нас выбирает любой безалкогольный напиток, фруктовый или овощной сок или что-нибудь другое, что есть под рукой. (Мы можем сделать вид, что пьем его, даже если он нам не нравится или мы не испытываем жажды). Это делает нас более непринужденными, а также успокаивает гостеприимного хозяина или хозяйку, особенно если они считают своей святой обязанностью моментально наполнять опустевшие стаканы и чувствуют себя неуютно, если гость не пьет. Официальный банкет, когда гости сидят за столиками со множеством бокалов, не представляет для нас особых затруднений. Перевернутый фужер служит хорошим сигналом для опытного официанта или распорядителя кип даже в тех европейских странах, где широко принято пить сухое вино за обедом- Некоторые из нас просят принести сельтерскую или минеральную воду. А когда предлагается тост, то почти никто не обращает на нас внимание, если мы поднимаем вместе со всеми какой-нибудь бокал с чем- то внутри. В конце концов, разве не символический залог дружбы придает тосту настоящую силу, а присутствие наркотика (этилового спирта) в бокале или свадебной чаше? Никто не обязан отвечать на вопросы личного характера или носящие оскорбительный оттенок; поэтому в тех редких случаях, когда мы с ними сталкиваемся, мы игнорируем такие вопросы, ищем тактичный ответ или меняем тему разговора. Если такое случится с вами, помните, что пас, вылечившихся алкоголиков, уже сотни тысяч, и они на вашей стороне и прекрасно понимают, что вы испытываете и почему поступаете так, а не иначе, даже если для всех остальных это представляет загадку. Хотя мы далеко, в наших сердцах мы с вами, и вы можете быть уверены в наших самых добрых пожеланиях. С некоторыми из нас происходили инциденты другого рода. Их нельзя назвать особенно серьезными или опасными, по, может быть, наш рассказ поможет вам избежать огорчений, если нечто подобное произойдет с вами. Иног- да добрый и исполненный благих намерений друг или член семьи, надеясь этим помочь нам, неосторожно подчеркивает забегу о нашем выздоровлении и может поставить пас в неловкое положение, если мы не проявим достаточного самообладания, чтобы справиться с ситуацией. Например, непьющий супруг, который по вполне понятным причинам опасается, что мы снова можем начать пить, и старается чрезмерно опекать нас, может ляпнуть: «А такой-то бросил пить». Или заботливый друг может необдуманно привлечь внимание, к тому, что мы не пьем, указывая на стакан с томатным соком на подносе с напитками и говоря: «Это для тебя». С их стороны, конечно, очень любезно — хотеть помочь нам, и мы стараемся сосредоточиться на их стремлении к добру. По совести говоря, не следует ожидать от них того, чтобы они мгновенно поняли, что мы чувствуем. Некоторые из нас даже сами не могут определить, какие чувства они испытывают в действительности, пока не пройдет некоторое время с того момента, когда мы бросили пить, и наша стадия неловкости не отойдет в прошлое. Естественно, мы предпочитаем, чтобы нам позволили принимать решения, касающиеся нас самих, самостоятельно, не вынося их обсуждение на суд общественности. Но повышенная чувствительность к тому, что говорят или делают другие люди, не ранит никого, кроме нас самих. Лучше всего снести то, что задевает нас, с улыбкой, и оставить этот момент позади. Обычно для этого потребуется не более пяти минут. Может, позднее, когда мы почувствуем, что вполне владеем собой, можно спокойно объяснить, что мы искренне ценим проявленную заботу, по нам будет лучше, если нам позволят самостоятельно находить «оправдания» тому, что мы не пьем. Можно добавить, что мы хотим попрактиковаться, как справляться с различными ситуациями, возникающими в обществе, чтобы ближние могли не волноваться за нас, когда мы предоставлены самим себе. После того, как пройдет еще некоторое время, многие из нас достигнут стадии, когда исчезнут все проблемы, связанных с объяснениями насчет нашего отношения к выпивке. Мы достаточно раскованно себя чувствуем, чтобы рассказать всю правду о том, что мы — выздоровевшие алкоголики и являемся членами А.А. Такое с глазу на глаз, конфиденциальное открытие фактов о самом себе никоим образом не нарушает традицию анонимности членов А.А., которая предполагает, что мы не раскрываем никаких фактов, которые не касаются нас самих, а также, что мы не делаем подобных заявлений для печати, радио и телевидения. То, что мы можем непринужденно рассказать это о себе, показывает, что мы не должны больше ничего скрывать, и мы не стыдимся своего выздоровления. Это помогает испытывать к себе б6льшее уважение. Подобные заявления разрушают древнее и жестокое клеймо, несправедливо накладывавшееся невежественными людьми на тех, кто являлся жертвами нашей болезни, они также помогают заменить старые стереотипные понятия об «алкоголике» новыми и более точными представлениями. Между прочим, такое заявление часто побуждает еще кого-нибудь, кто пожелает, избавиться от алкоголизма и обратиться за помощью. Еще одно замечание по вопросу о ситуациях, связанных с выпивкой. В тех случаях, когда требования окружающих, чтобы мы выпили, становились по- настоящему неприятными, многие из нас имели достаточно силы воли, чтобы просто извиниться и уйти, вне зависимости от того, что могли подумать другие. В конце концов, на карту поставлена наша жизнь. Мы просто должны делать все необходимое для того, чтобы сохранить свое здоровье. Реакция других людей — это их проблема, а не наша.